Веб-аналитика: цифры по сайту и рекламе, которые не развалятся на планёрке

Никто. Агент открывает, что именно отмечено целью, и находит автоматическую цель, которая срабатывает почти на каждом посещении, — она считала не заявки, а приходы на сайт. Он ставит вместо неё настоящую отправку формы, и число падает с сотен до единиц. Отдельно агент предупреждает: цена одного обращения в отчёте теперь подскочит в разы, и это не ухудшение — это первый раз, когда она означает то, что написано. Прошлые месяцы площадка не пересчитает, поэтому сравнивать с ними можно только по новому правилу и с оговоркой.

Агент проверяет не кампании, а сам аудит — и находит, что в нём отмечены только три типа целей: нажатие на телефон, нажатие на адрес почты и скачивание файла. Рабочая цель, по которой приходят обращения, в этот список не входит вовсе, поэтому отчёт честно показал ноль. Кампании при этом работают. Агент пишет прямо, что «ноль» здесь — настройка отчёта, а не факт, и пересобирает разбор по той цели, которая действительно считает обращения.

Агент смотрит на период и обнаруживает, что «месяц» в том отчёте — скользящее окно, а не календарный. Внутри окна весь трафик пришёлся на первые два дня, последнее посещение было три недели назад. По календарным месяцам за три месяца получается около полутора тысяч посещений и ни одного обращения. Агент рекомендует не возобновлять и объясняет причину не общими словами, а через тип спроса: там ищут готовое решение сразу, а здесь выбирают неделями и сравнивают.

Агент не спорит и не пересобирает отчёт молча. Он показывает, что в панели открыт виджет с просмотрами страниц за другой период, а в отчёте стоят люди за календарную неделю, — и что про одну и ту же неделю здесь есть три разных законных числа: просмотры, посещения и посетители. Дальше он называет, каким пользуется в отчёте и почему, и объясняет, где переключить период и метрику, чтобы вы могли проверить сами, не спрашивая.

Агент разбирает эту неделю по составу, прежде чем согласиться. Расход прежний, нажатий действительно больше, цена нажатия ниже — но показов почти вдвое больше, и почти весь прирост пришёл по широким словам про категорию вообще, а обращений с них ноль. То есть средняя цена упала не от того, что стало лучше, а от того, что добавилось дешёвого и пустого. Агент говорит, что радоваться общей цифре рано, и показывает, что было бы с ней без этого прироста.

Агент проверяет и признаёт, что прежняя цифра была занижена: в выборку попали только обращения с однозначно определённым источником, а это потеряло около четверти данных. Он пересчитывает, но главное делает не это — поправку он выносит сноской в сам отчёт, а не оставляет в переписке, чтобы на встрече она не всплыла расхождением. Правило, по которому теперь относят обращения без метки, записывается отдельным пунктом с обоснованием. Через день агент сам находит ещё одно обращение под то же правило и спрашивает, включать ли его.

Агент не записывал. Он показывает, что два числа про один и тот же бесплатный поиск расходятся из-за правила отнесения: одно считает последний источник перед обращением, другое учитывает участие источника в цепочке визитов. Оба существуют и оба честные, но означают разное — и человек, который сравнил их между собой, увидел противоречие там, где его нет. Агент фиксирует, каким правилом пользуется в отчёте дальше, и подписывает его у цифры.

Агент делит запросы на два списка. В первом — те, где нас видят и не нажимают, потому что строка в результатах поиска не отвечает на вопрос: их лечат переписыванием заголовка и описания. Во втором — те, где нажимать некуда, потому что страницы с ответом на сайте нет вовсе: их лечат новой страницей, и это работа на недели, а не на вечер. Агент честно говорит, что первый список даёт эффект быстрее, и предлагает начать с него, а не с большого списка целиком.

Агент считает и подтверждает: на широкие слова про категорию вообще уходит около пятой части недельного расхода, нажимают по ним втрое реже, обращений ноль. Но отключить сам подбор он не может — этот переключатель доступен только человеку в кабинете. Поэтому агент делает то, до чего дотягивается: чистит минус-словами то, что уже видно в статистике. А для остального даёт точный путь по кабинету на пару минут и рядом пишет, сколько стоит неделя ожидания.

Агент открывает описание и смотрит, к чему там относятся эти 80 %. Оказывается, к освещению витрины, а не к самому агрегату; про агрегат в том же описании сказано другое и без процентов. Заголовок с этой цифрой не переживёт первого вопроса от энергетика на стороне покупателя, поэтому агент предлагает формулировку, где то же преимущество названо словами, а не числом. И отдельно поправляет себя: в черновике прошлой недели он сам привязал этот процент не к тому — поправка идёт в тот же черновик, а не в переписку.

Агент сверяет буклет с сайтом самого производителя и находит там другие числа: 60 стран и 370 тысяч. Оба источника официальные, и выбирать из них то, что звучит крупнее, он отказывается. Пишет, что свежее, скорее всего, буклет, но до публикации нужно письменное подтверждение от поставщика — такие цифры крупный покупатель проверяет первым делом. Пока подтверждения нет, на странице стоит формулировка без чисел, а сами числа ждут в черновике с пометкой, откуда каждое.

Агент собирает список по таблице комплектации и на середине ловит собственную ошибку: одну функцию он утром уже записал в базовую, а по таблице она в дополнительных. Он говорит об этом сам и объясняет цену вопроса: если это уедет на сайт, покупатель придёт за ней по базовой цене, и разбираться придётся уже на встрече. В блок она уходит с пометкой «доступно отдельно», а то, что действительно входит, остаётся списком без оговорок — именно потому, что оговорок там теперь нет, списку можно верить.

Агент не делает вид, что вчерашняя хорошая новость всё ещё в силе. Он показывает шесть дней подряд: цена нажатия действительно падала втрое, а за двое суток вернулась почти к прежней. Причину он не предполагает, а раскладывает внутри одной группы: автоматический подбор запросов дал за эти дни почти все нажатия и почти весь расход, а фразы, выбранные руками, — два десятка показов и ни одного нажатия. То есть подбор не дополняет фразы, а перебивает их. Дальше агент показывает, за какие именно запросы уплачено, — половина денег ушла на чужие города и соседние товарные группы.

Агент соглашается с каждой цифрой по отдельности и отказывается складывать из них вывод. Всё перечисленное верно, но форма на сайте не заполнена шестые сутки подряд, а звонки и письма никто не считает вручную. Он пишет прямо: это трафик, а не обращения, и об окупаемости по нему судить нельзя. Отдельно называет, что беспокоит его сильнее цены нажатия — именно тишина в форме. И третий раз повторяет просьбу про ручной учёт звонков, а вместо оценки окупаемости оставляет пустое место, потому что подставить туда правдоподобное число было бы хуже, чем не поставить ничего.

Агент разбирает так же придирчиво и приходит к обратному ответу. Посещений за три недели почти вдвое больше — но доля тех, кто уходит с первой же страницы, падает три недели подряд, а время на сайте выросло с минуты почти до двух. Оба признака двигаются в ту же сторону, что и объём, значит приходят люди, которым сайт подходит. Для сравнения он берёт платный канал за ту же неделю: посещений там вдвое больше, а по обоим признакам вдвое хуже. И называет, что именно тянет рост: справочные статьи, а не карточки номеров — одна статья за неделю принесла больше, чем целый раздел.